15e601 (15e601) wrote,
15e601
15e601

Когда национализм не актулен

Оригинал взят у salery в Когда национализм не актулен
Заглянув после недельного перерыва в ленту, сразу у нескольких юзеров увидел отклики дискуссии (пост, видимо, послуживший поводом, я пропустил) относительно того, есть ли на самом деле проблема «мигрантов» в Европе (и, подразумевается, у нас). С сожалением отметил три характерные черты суждений на тему. Ну, на представлениях о том, что базовые социальные процессы способен кто-то специально успешно осуществлять (страны, «элиты», тайные общества и т.д.) останавливаться не буду – это такая «суперконспирология», нормальная шиза для народного употребления, огорчительная лишь в случае усвоения сколько-то приличными людьми. Но по поводу двух других: некорректности сравнения европейских обществ с дальневосточными и невнимания к тому, что, собственно, составляет суть проблемы – пожалуй, выскажусь.

Кивать на то, что, вот-де японцы и корейцы без «мигрантов» обходятся, не стоит. Корейцы, кстати, завозят, и в общем ситуация с собственным населением та же. Гипертрофированный рост системы высшего образования (несмотря на перепроизводство «специалистов» и рост безработицы среди них), неминуемо связан с утверждением представления об унизительности физического труда вообще (а тем более неквалифицированного) не только в элитной среде, но и во всем населении в целом. Вследствие чего нация, абсолютное большинство которой сравнительно недавно только таким трудом и занималось, решительно отворачивается от профессий так называемых «трех Д» (dirty, difficult, dangerous), и при наличии достаточного числа свободных рук приходится завозить в страну десятки тысяч рабочих из других азиатских стран.

Но там это не составляет проблемы, как не составляло бы и в Японии, перестань она обходиться собственными париями (которые фактически представляют собой субнациональную группу). Потому что ДВ страны «органично» националистичны. Там нет «нац-ма» и нац. партий, потому что националисты – все. В о-ве и г-ве по этому вопросу существует абсолютный консенсус, и «мигранты» никогда не смогут составлять угрозу в плане «утраты нацией идентичности». Они всегда будут «на своем месте», и какое-то их влияние на внутр. политику непредставимо. Если вообще-то браки с иностранцами (европейцами) в той же Корее традиционно не одобрялись, то распространившаяся недавно среди корейских крестьян мода покупать себе молоденьких вьетнамок и филиппинок воспринимается достаточно спокойно: приобретение «своим» («высшим») для собственного удовольствия симпатичной и покорной жены из «низших» никаким «мультикультурализмом» не пахнет. А попробуйте представить себе моду на арабских наложниц среди французских фермеров.

В Европе же, где национализм – что-то «скандальное», а партии элементарно, минимально националистические (типа лепеновской) именуются не иначе как «ультранационалистические», ситуация принципиально иная. Поэтому проблема есть. Именно потому, что в условиях принятых «понятий», жесткая сегрегация ни на уровне государственно-юридическом, ни на уровне общенационального сознания (половина населения голосует за «промигрантские» партии – пусть не за как именно «промигрантские», но очевидно, что искренне считая «мигрантов» равными себе) невозможна. Пусть проблема эта «отложенная», но она вполне осознается.

Пока, да, в большинстве «черные» занимают низшие позиции (и если, скажем, в Испании процент безработных равен проценту «понаехавших», это не значит, что с изгнанием последних проблема безработицы решится). Но в условиях тенденции к «всеобщему высшему образованию» и принципиальной установке на «равенство» выход достаточного числа их из этой ниши неизбежен. При том, что этот выход может быть совершенно не связан в реальной интеграцией в евр.культурную среду (люди, готовившие теракты в Англии, были врачами и чуть ли не полицейскими, недавний французский стрелок - не «мигрантом», а французским гражданином). Одно дело ассимиляция некоторого числа иноплеменных или добровольное принятие отдельными индивидами чужой культуры (как РИ давала возможность стать белыми людьми и умела делать белых людей из своих азиатских подданных или как США сделали белого человека из Кондолизы Райс) и совсем другое, когда предлагается уравнивание культур в виде «мультикультурализма» или их смешение типа «евразийства».

Суть проблемы не в «чужих» как таковых, а в их статусе в стране и занятия ими определенных позиций. Если бы пресловутых «таджиков» завозили «вахтовым методом» (сколько привезли, столько же через неск. месяцев организованно и увезли), то не думаю, что это вызывало бы сколько-нибудь массовое недовольство (хотя, конечно, всегда нашлось бы известное число людей, которым просто не нравится лицезреть «неправильную» физиономию). Насколько я понимаю, опасения порождает тенденция переезда их с семьями и оседания, а тем более деятельность этномафий, способствующих доставлению «чужим» даже более высокого положения и благосостояния по сравнению с «местными».

Пока негры в США были рабами и даже пока до 60-х де-факто сохранялось их неравноправное положение, никаких алармистских настроений относительно них особо-то не наблюдалось. Они появились, когда негры стали равными, и даже отчасти «привилегированными». Если бы прущие через мексиканскую границу «латиносы» довольствовались статусом нелегалов, а не требовали себе равных прав по медобслуживанию и образованию, размахивая при том, заметим, не американским, а мексиканским флагом (как, кстати, и арабы во Франции), никто бы из WASPов тоже особо не беспокоился. А когда доля «коренных» сокращается не просто в населении, а среди ПОЛНОПРАВНОГО населения, это, понятно, вызывает некоторые чувства. Ясно же, что когда и если большинство депутатов Кнессета будут составлять граждане-арабы, Израиля просто не будет.

Дело не в том, сколько в стране «понаехавших», а в том, В КАКОМ КАЧЕСТВЕ они там пребывают. Если есть очевидные гарантии их «вечно приниженного» положения (в результате ли норм права, делающего невозможным предоставление им гражданства, общенационального ли общественного настроя – все равно) – «разгул национализма» не актуален. Если есть тенденция их правового уравнивания с перспективой численного роста и влиянием на местную политику (во Франции поговаривают о предоставлении права голоса даже негражданам) – сопротивление, конечно, неизбежно. Тем более, что вертикальная мобильность их будет осуществляться, конечно, не в высшие сферы, а в непосредственно примыкающую, занятую «простым местным человеком». Поскольку же нынешние европейские понятия с гарантиями невыхода мигрантов и «новых граждан» из своей социальной ниши несовместимы, с 60-х и до сих пор, во всяком случае, проблема только обострялась, а не затухала.
Tags: политика, социальное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments